Енакиево. Город столетней копоти.

Итак, продолжаем нагнетание и передёргивание — едем в Енакиево. Этот пригород Горловки с более чем средним для Донбасса населением (98 тыс. человек) мне рекомендовали как собирательный образ шахтёрского края. В действительности всё оказалось несколько интереснее — Енакиево не просто собирательный образ Донбасса, это скорее такой концентрат, Донбасс в квадрате.

Оно в целом похоже на другие донецкие города — но гораздо мрачнее любого из них. И не случайно из здешних посёлков вышел официальный предводитель «донецких» некто В.Ф. Янукович.

Наслышанный о Енакиево, я ожидал увидеть здесь нечто похожее на уральский Карабаш (пройдите по этой ссылке и не говорите, что я целенаправленно очерняю Донбасс и Украину), но с первого взгляда впечатление о Енакиеве было довольно обычным — облезлые пятиэтажки, блестящие магазины, сталинки необычного серо-чёрного цвета:

В общем, обыкновенный заводской город, на Урале и на Восточной Украине я таких видел десятки. В какой-то момент из-за поворота показалось вот это здание, и frankensstein сразу спросил, что это, на мой взгляд. Я в общем догадывался, что вопрос с подковыркой, и не стал говорить «тюрьма», а предположил — поликлиника или роддом. Оказалось — хлебозавод:

По окраинам — одноэтажные посёлки с морем частного сектора и промышленными следами. В одном из них, на Пивновке, сохранился даже заброшенный дом Януковича :

Не далее как полтора месяца назад и сам Виктор Фёдорыч приезжал сюда, поэтому местами в Енакиеве проскальзывают элементы благоустройства, достойные Донецка. Вот типичный кадр — отличный асфальт и новые трамвайные пути главной улицы, над которыми едет автобус, достойный музея — КАвЗ-685, производившийся Курганским автобусным заводом в 1970-е годы. Я такие машины последний раз видел в 2004 году в Севастополе, а в 1990-е они и на пермских дорогах были редкими.

Чем ближе к центру, тем сильнее бросается в глаза цвет — почти все здания в городе серо-чёрные. Нигде больше чёрных многоэтажек мне видеть не случалось — и легко подумать, что здесь так и должно быть. Но этот цвет — не изначальный!

Экскурсию по городу   нам начал с моста над железной дорогой:

Так как с этого моста особенно хорошо виден Молох — Енакиевский металлургический завод:

Завод близ села Раздольское (известно с 1783 года), на самой границе Екатеринославской губернии с областью Войска Донского, построили ещё в 1858-66 годах, до прихода железных дорог — коммерсантом было выгоднее строить заводы в Диком поле, чем связываться с безнадёжно деградировавшим Уралом. Завод, правда, по старой традиции называли Петровский (не путать с заводом имени Петровского!). В 1895-97 годах предприятие выкупило бельгийско-русское общество, модернизировало под руководством инженера-предпринимателя Фёдора Енакиева, и новый завод стал третьим по величине в империи. Известно, что его посещал Куприн — поэтому Енакиево спорит с флагманом дореволюционной металлургии Днепродзержинском о том, кто же был прототипом «Молоха».

В 1925 году Енакиевский завод получил статус города, в 1928 был переименован в Рыково, в 1937 (догадайтесь, почему) стал Орджоникидзе, и лишь в 1943, после освобождения, почему-то вновь превратился в Енакиево. Ну а чем он известен в современной истории — пояснять не требуется.

Ну а ещё ЕМЗ известен катастрофическим экологическим состоянием. Не очень большой, но едва ли не самый грязный завод, что мне случалось видеть. Кажется, его оборудование не модернизировалось с 1950-60-х годов, ну или по крайней мере очень долго. Главный источник копоти — аглофабрика, та толстая труба с сизым дымом, и говорят, к приезду Януковича её отключали. Домны коптят не лучше:

Всё вместе — такая сферическая в вакууме картинка из иллюстрированных европейских книжек «про экологию», под которой обычно стоит подпись в духе «Загрязнение атмосферы в промышленных центрах» или «Выбросы сталелитейного производства».

Впрочем, возможно, по выбросам в атмосферу ЕМЗ и не самый худший в Донбассе. Гораздо хуже другое — он строился абсолютно без учёта розы ветров, и почти вся его копоть летит на город, на его старую часть, стоящую в низине у подножья цехов. В советское время этот район не расселили, а теперь из него стараются уехать все, кто могут:

Это мы смотрим ещё с наветренной стороны, самая жесть за теми пятиэтажками. Но при этом здесь умудряются даже держать огороды:

Количество сажи на всевозможных поверхностях тут просто зашкаливает. Вот так выглядят дома в верхней части города — впрочем, такие я и в других местах Донбасса видел:

Ниже слой сажи имеет уже вполне осязаемую толщину:

Можно провести ботинком по асфальту или лучше плитке — и останется след:

И самый жуткий из кадров с сажей — еловые ветки у проходной ЕМЗ. Хвоя, покрытая копотью:

Воздух в Старом городе действительно ужасен. Резь в глазах, мелкая взвесь в горле, тошнота. Как будто тебе накинули на шею удавку и медленно-медленно затягивают. Нет, ну может быть я конечно драматизирую, тем более что я астматик, поэтому к таким вещам несколько чувствительнее нормального человека. Сыграла свою роль, конечно, и физическая усталость. И всё же когда на ватных ногах идёшь по закопчённым улицам и видишь торчащую из-за домов трубу аглофабрики — по-настоящему её ненавидишь.

Но люди живут здесь годами и десятилетиями, и наверное считают такой воздух нормальным.

Идём по главной улице, образующей верхнюю границу старого города. Енакиево — один из самых маленьких городов, имеющих трамвайную систему (на Украине меньше только опять же донбасские Авдеевка, Дружковка и Константиновка и почему-то Конотоп). Пути на главной улице приведены в порядок, а вот сами трамваи раздолбаны и тоже покрыты сажей:

На второстепенных улицах трамвай выглядит так:

Застройка улицы Ленина — в основном советская. У моста её открывает пятиэтажка с человеческим лицом — таких много ближе к окраинам:

Ближе к центру характернее вот такие пейзажи — вид в переулок в сторону ЕМЗ. Просматривается новое здание музея космонавта Берегового. Георгий Береговой, космонавт №12, старейший человек, побывавший в космосе (родился в апреле 1921 года), дважды Герой Советского Союза (один раз — за войну, второй — за космос), едва не погибший от рук террориста в 1969 году (террорист Виктор Ильин принял машину космонавтов за машину Брежнева и открыл огонь) здесь известен ещё и как кум семьи Януковичей, в 1978 году добившийся снятия с будущего президента, а тогда обычного местного пацана, двух судимостей — вскоре Виктор Фёдорович вступил в партию, а дальше…. Собственно, недавно на родину он приезжал к 90-летию Берегового, умершего в 1995 году.

Подходим к главной площади. В последнее время в Енакиеве активно внедряют керамические панели — они гораздо легче чистятся от сажи:

Главная площадь с Лениным и администрацией вдалеке. Увы, Солнце радикально контровое:

Сталинки по краям также обшиты пластиковыми паннелями — только лепнина из под них торчит. Не припомню такого в других городах Донбасса:

Вид вниз:

Небольшая гостиница «Салют», причём опять же с евроремонтом. Я бы здесь ночевать не стал.

Двор:

Покровская церковь:

К церкви прилегает рынок (к моменту нашего приезда уже закрывшийся), а если идти по улице Ленина дальше ещё минут 10 — выйдешь к остановке, откуда каждые 15-30 минут ходят маршрутки в Донецк.(но учтите, что последняя около 19:00). А вниз от храма улица ведёт прямиком к проходной завода:

Здесь мы начинаем спускаться — и с каждым шагом всё тяжелее дышать.

Небольшой квартал дореволюционных одноэтажных домов — «городок специалистов» или жильё для квалифицированных рабочих. Даже почтовые ящики раритетные — примерно таким было Енакиево в эпоху русско-бельгийского общества:

Дирекция ЕМЗ — показательно, что даже её не стали обшивать заморским материалом со двора:

На углу встретилось то, чего я никак не ожидал здесь увидеть — деревянный дом:

Причём, удивительно, не такой уж и прокопчённый:

Параллельно заводской ограде здесь проходит улица Достоевского — вот так в основном выглядит енакиевский старый город:

Здесь находится и его сердце — Крестовоздвиженский костёл (1902), построенный для бельгийских специалистов. Очень красиво расположенный между коптящей трубой аглофабрики и парящим люком:

Формально костёл действующий, есть даже расписание богослужений. Выглядит заброшенным, и судя по всему, с 1940-х годов (а то и с 1920-х) его никто не чистил — на стенах местами слой копоти в пол-пальца толщиной…

Рядом открытый люк, из которого густой белый пар вырывается с громким шипением — этакий рукотворный гейзер. Текущая внизу вода, по-видимому, была использована заводом, но какие-то повреждения труб приводят к тому, что она испаряется здесь.

Над старым городом нависает домна:

Идём вдоль ограды. Впечатляющая заводская подстанция с лицами на торце:

Подходим к проходной и роняем челюсть. Кто придумал повесить сюда этот плакат?! И на что рассчитывал?

Проходная. Ленин и трубопроводы доменных печей:

Старые корпуса — видимо, заводская дирекция. В целом старое Енакиево очень похоже на старый Днепродзержинск, только в несколько раз меньше и ещё грязнее.

Работяги заступают на смену:

Я не знаю, видно ли на фотографиях то чувство безнадёги, которое наваливается в Енакиеве, стоит только выйти на улицу Ленина в районе ЕМЗ. Атмосфера напоминает «Груз-200» и «Дети чугунных богов». Вопреки ожиданиям, в центре Енакиево мы не приметили даже гопоты — в основном какие-то понурые, молчаливые люди, которым как будто всё на свете пофиг. И поймите меня правильно — я видел достаточно много промышленных городов и районов (см. тэг «индустриальный гигант»), имею возможность сравнить, и уж точно отношусь к их обитателям без всякого снобизма. Единственный город из тех, что я видел, где с экологией такой же аут — это Карабаш: он ещё грязнее, но там в зараженной Химической долине хотя бы никто не живёт, жилые кварталы стоят выше по склону с наветренной стороны. Здесь, конечно, нет выжженной земли и жёлтых рек — но зато люди живут в постоянной струе чада и копоти. И мне кажется, вовсе не обязательно быть зажравшимся столичным снобом, который презирает рабочих, чтобы понимать — так быть не должно! По словам Фракенштейна, многие жители Енакиева за свой город кому хочешь пасть порвут — и я их понимаю. Потому что рабочие всё равно хотя бы перед собой гордятся тем, что они рабочие. И как никто другой знают, что вся эта современная цивилизация держится на их труде, что банки и офисы не выживут без металла, пластика, стекла, бумаги, электроэнергии, что автомобили и самолеты не растут на деревьях, и что кто-то — хоть славянин, хоть китаец, хоть негр — должен выплавлять сталь, чтобы вот Лично Ты прямо сейчас мог сидеть за компом и писать мне разгневанный комментарий. Рабочие не хотят бросать свои заводы — а хотят рядом с ними жить по-человечески. Правильно это или нет — но это данность.

…В Донецке после Енакиева воздух как в Святогорске после Донецка. Мы вернулись в гостиницу, и Алиска попросила меня ничего не говорить в этот вечер. Она раньше ни разу не видела ни заводского факела, ни доменной печи, ни «лисьих хвостов», и после похода по заброшенным промзонам Горловки и незаброшенному Енакиеву была просто подавлена. Оно и немудрено — даже для меня эти впечатления были сильными и тяжёлыми. Всю ночь нам снились дымящие трубы.

Ну а если кто-то не верит, что я не испытываю отвращения к индустриальным городам, не считаю рабочих быдлом, и не пытаюсь очернить Донбасс — в следующих двух частях отправимся в Мариуполь, который несмотря на наличие двух металлургических комбинатов полного цикла, оказался очень приятным и даже уютным городом.